Начала искать работу. В процессе поиска случайно познакомилась с женщиной-репетитором. Она спросила: «Английский знаешь?» Я ответила: «Ну… наверно, знаю…» Она пригласила: «Поехали ко мне домой, покажу, чем можно заниматься». Я посидела на нескольких её занятиях, посмотрела и поняла: я могу так же. Будет интересно попробовать.

Расклеила объявления по району. Желающих оказалось много — в первый год 19 человек. В основном помогала школьникам с домашкой. Меня вдохновляли их быстрые успехи. И очень скоро я поняла: проблема не в детях, проблема в системе.
И я начала строить свою систему преподавания.

В школе английский мне совершенно не нравился. Было непонятно, зачем он нужен. Репетиторы ничего не давали, экзамены сводились к зубрёжке топиков про Лондон, учебники были ужасными, а практики — никакой.

Школу я закончила в 16 лет с кучей обрывочных знаний, которые сложно было применить в жизни. Понимания, чем хочу заниматься, не было. Поступила в Тимирязевскую академию на фитодизайнера — туда было легко пройти (и слово красивое), а не поступить тогда считалось стыдно.

Школьные учебники не работают. В них нет структуры — всё разбросано кусками. Правил нет, тексты скучные, аудирование ужасное.

В начале нулевых хороших пособий почти не было. Интернета — тоже. Что делать? Я приезжала в книжные, скупала учебники и пособия, которые хоть как-то могли пригодиться, и сутками изучала их, выбирая полезное по крупицам. Задания по разным темам собирала из разных источников, набирала на компьютере и печатала на домашнем принтере. В ход шёл даже старый учебник моей бабушки — Бонк.

Я была безумно рада, когда в середине нулевых начали появляться качественные учебно-методические комплексы с живой лексикой, аудированием, заданиями по грамматике, которые при грамотном подходе дают прекрасные результаты.


Что касается теории: правила я писала детям в тетради, пока они выполняли задания. Позже стала печатать их — так у детей появились тяжёлые папки с материалами, которые я годами оттачивала и корректировала, чтобы они были понятны каждому.

Тимирязевку я бросила ещё до первой сессии и поступила в Московский педагогический университет. Окончила его в 2006 году.

Но школьное и университетское образование, которое мне довелось получить, мало связано с реальной жизнью. Если общаться с иностранцами, используя лексику из университетских учебников, они не понимают и говорят: «Так никто не говорит».

Поэтому я продолжала строить свою систему. Ту, которая работает — не в теории, а в жизни.

Лет через десять муж сказал: «Хватит мучить принтер, давай издадим книгу». В 2012 году вышли «Английская грамматика по-русски» и вслед за ней «Англо-русский тематический словарь в таблицах» — слова по темам я тоже печатала, чтобы не писать всем в словарь.

Это упростило жизнь мне, моим ученикам и тем, кто успел купить книги, пока издательство не закрылось.